Официальный сайт Ярославского  областного  отделения  «Союз  писателей  России». Сайт Писатель76

СОБЫТИЯ

БЕРЕГ  ЛЕВЫЙ,  БЕРЕГ  ПРАВЫЙ…

    Выход в свет литературного альманаха по нынешним временам – явление не такое  уж редкое. Тем не менее, на мой взгляд, подобные вещи – вчера, сегодня, завтра – следует именовать событием. Событием в литературной, культурной, творческой жизни того места – посёлка, города, региона, государства, - где издаётся. И в жизни каждого автора, конечно.

Дело это нужное, важное, радостное. Но и ответственное. А уж, коль скоро сборник коллективный, то и ответственность коллективная, что требует от составителей, от редколлегии немалого мужества. Не получись книга, - а от этого никто никогда не застрахован, - и весь спрос с тебя, с «группы товарищей».

У меня в руках вёрстка стихотворного сборника «Тебе, мой край…» с подзаголовком «Альманах тутаевской поэзии», 4-й выпуск.

Первых трёх не читал, но слышал благоприятные отзывы людей не случайных в литературе. Об этом вспомнил, увидев строфу К.Конюшева в качестве эпиграфа. Нет нужды её здесь приводить, - она у каждого пишущего на слуху, у каждого художника в сердце. Оговорюсь лишь, что талантливый поэт не декларирует, не навязывает своё мнение, не пытается заигрывать с читателями и писателями, желая понравиться, а как бы мимоходом напоминает – что должно присутствовать в стихах, чтобы можно было их назвать поэзией: И максимум мысли, / И образность речи, / И минимум слов.

Забегая вперёд, скажу, что сборник разбит на три раздела и в тематическом плане весьма разнообразен. Многие авторы мне давно и хорошо известны, с другими встречаюсь впервые. К чести составителя, члена Союза журналистов России Г.Н.Литвиновой, в книгу вошли произведения как опытных литераторов, так и начинающих сочинителей, ищущих свой путь в писательстве. Не забыты и те, кто ушёл из жизни, но оставил свой яркий творческий след на земле тутаевской. Спасибо, Галина Николаевна!

Но всё по порядку.

На стихах Степана Смирнова, Фёдора Копорулина, Бориса Шломовича, Капитона Конюшева, Валерия Неустроева, Александра Абрамина, Георгия Бязырева и, конечно, Владимира Александровича Лебедева останавливаться не буду. Это – Поэзия. Имена этих писателей знакомы не одному поколению благодарных земляков, они по праву занимают видное место в ярославской и отечественной литературе. Мастера!

Светлана Орлова. Поймал себя на том, что хожу и твержу про себя её строки:

 

                                        Рвутся в бой отчаянно, упрямо.

                                        Жизнью, смертью будешь ты, дорога?

                                        Закричал во сне парнишка: «Мама!»,

                                        И в казарму ворвалась тревога.

 

Или:

 

                                        И под огнём упрямым,

                                        С катушкою за спиной

                                        Парень бежит и тянет

                                        Связь между мной и войной.

 

Так может говорить только поэт. Поздравляю, Светлана Константиновна!

С Еленой Савиновой знаком во многих, как говорится, ипостасях. Люблю Савинову-художника. Чувствую душевное родство с её поэзией. И очень хорошо, что в альманах вошло это:

 

                                       Я рисую войну… Я пишу о войне,

                                       И не скрыть мне печали душевной.

                                       Белый голубь воркует в раскрытом окне,

                                       Без заботы воркует, напевно…

 

Удачи вам, Елена Васильевна!

А как пройти мимо строк Александра Гусева:

 

                                       В поле вьюга выла,

                                       Ветер подпевал…

                                       Мать окопы рыла,

                                       Батя воевал.

 

                                       На земле студёной

                                       Жёсткой, как броня, -

                                       С ними, не рождённый,

                                       Был незримо я…

 

Это – выношенное в душе, пропущенное через сердце. Это стихи не О, а ИЗ, как говорил о «Перед атакой» Семёна Гудзенко столь же замечательный поэт-фронтовик Александр Межиров. Об одном сожалею: поздно узнал о настоящем поэте. Листва, ещё зелёная на кронах, / Предчувствует падение своё – только за эти строчки, Саша, готов обнять тебя. Впрочем, таких ярких находок, не заимствованных образов у А.Гусева – на каждом шагу.

Евгений Садовицкий, на мой взгляд, один из самых интересных поэтов  литературного объединения «Три свечи». Знаю, в становлении его на поэтическое крыло определённую роль сыграла Г.Н.Литвинова, писатель, журналист и педагог. Но и сам поэт строил себя без устали и скидок на возраст. Хотя, какой возраст, если пишется такое:

 

                                       Как чарующе звонок и чист

                                       И торжественным льётся аккордом

                                       Соловьёв возвратившихся свист

                                       Под зажжённым зарёй небосводом!..

 

Рад убедиться в том, что Евгений Евсеевич значительно вырос в творческом плане, продолжает неуклонно работать над стихом, над словом, над формой, над сюжетом. Всё у него есть, чтобы в недалёком будущем заявить о себе как о состоявшемся литераторе. Правда, для этого надо перестать вариться в собственном соку и помнить, что «песня длинной не бывает». И обратить внимание на точность рифмы и новизну метафоры.

Сие, кстати, относится едва ли не ко всем авторам сборника. И не говорил бы об этом, если бы не видел в вас, коллеги, одарённых и талантливых людей, способных на большее. Давайте вместе постигать секреты «святого ремесла» (К.Павлова).

О Галине Литвиновой письменно и устно мною сказано немало. Человек беззаветно преданный русской литературе, великим отечественным традициям в поэзии и прозе, автор удивительно душевных стихов, интересных рассказов, повестей и романов, талантливый, открытый, честный человек, человек-художник. Тутаеву, несомненно, повезло с этой женщиной. «Где родился, там и пригодился!» - отшучивается Галина Николаевна, когда говоришь с ней о «литературной глубинке». У поэта Галины Литвиновой есть главное – свой голос, она этим и отличается, этим и интересна. Давно и прочно очарован «Её лица необщим выраженьем, / Её речей спокойной простотой»  (И.Бродский). Удачи!

С похожей интонацией, с таким же душевным трепетом пишет Владимир Марков. Другое дело, что мастерства не достаёт автору, но он берёт другим: сердечной распахнутостью, нескрываемой, активной любовью ко всему сущему – природе, малой родине, человеку. Поэтому, наверное, и рождаются песни. А песня, как известно, душа народа. Дай Вам Бог!

Евгений Овчинников, несомненно, достоин быть опубликованным в альманахе, но с небольшой авторской доработкой своих произведений. Есть, к сожалению, малозначительные погрешности, но они искажают общее впечатление о способном человеке. Недостатки легко устранимы, для чего стихи следует показать опытному литератору. А вот как открывается его поэтическая подборка:

 

                                           Снова вернулось лето,

                                           Пусть ненадолго, всё же

                                           Частицей тепла и света

                                           Кого-то согреть поможет.

 

Что это такое, если не стихи! Удачи, поэт!

Если Е.Овчинникова даже в таком виде можно и нужно публиковать, то с Н. Тарановой сложнее. Её рифмованные конструкции не подлежат, к сожалению, реставрации, их надо только сносить. Знать, не обратила внимания Надежда Сергеевна на завет Капитона Владимировича, поставленный эпиграфом к сборнику. А следовало бы. Тогда, может, и не случилось бы таких вот изысков: Седая древность дремлет на устах / И блещут купола златым монистом. Уж сколько об этих куполах-колоколах сказано-пересказано, а вот, поди ж ты, всё неймётся иным стихописцам. Кстати, речь идёт, как я понимаю, о Тутаеве. Но убей Бог, не могу понять, на чьих устах дремлет седая древность? И может ли что-то дремать на устах?! Заумь, погоня за ложной красивостью? Нет, это просто неряшливость, завитушки вокруг пустоты. Но монистом Надя сразила меня наповал. Голубушка, загляните в учебник по русскому языку за 5-й класс или в словарь Ожегова, чтобы узнать: монисто, то есть ожерелье из монет, среднего рода. Следовательно, монистом – нет такого слова. Это всё равно, что кофеем напоить. В другом стихотворении Н.Таранова безуспешно предлагает поверить в умозаключение: Зябко тешусь благими мечтами. О чём речь? Здесь переводчик с тарановского на русский нужен. А как вам это:

 

                                                  Я копаюсь в себе,

                                                  Словно землю копаю,

                                                  Измоталась спина,

                                                  Сорняки выбирая.

 

Первый раз слышу, чтобы спина сорняки выбирала. Сочинялось, как говорится, не приходя в сознание. Нет, господа хорошие, такие сырые поделки рядом с подлинными произведениями неуместны, выглядят недостойно, развивают у людей слабовкусие. Но даже абсолютная поэтическая глухота автора не освобождает его от того, чтобы отличать поэзию от псевдопоэзии, литературу от антилитературы. Да и редакторское слово должно присутствовать, - словесные погремушки не так безобидны, как может показаться.

Посоветовал бы составителям альманаха с обязывающим названием воздержаться от услуг Надежды Тарановой, а самой авторессе заняться рукоделием менее вредоносным  для духовного здоровья соотечественников. И помнить, что маски с литературных напёрсточников срывали всегда. Вернее, они, маски, сами спадали рано или поздно с околотворческих проходимцев.

К Ирине Ершовой претензии те же, что и к Е.Овчинникову. Вернее не претензии, а советы. Но вот эта её строфа потрясла до глубины души:

 

                                                По спирали узенькой дорожки

                                                Бегает, царапая, игла.

                                                Не понять мне, пятилетней крошке,

                                                Всю природу звуков из угла.

 

Вряд ли стоит объяснять, что речь идёт о патефоне. Пояснений в поэзии быть не может. А здесь – поэзия. Та самая, которая «существует – и ни в зуб ногой!».

Или вот ещё:

 

                                               Это здесь до боли всё родное:

                                               Старенький скворечник, бузина…

                                               И ручонкой детство озорное

                                               Машет мне из каждого окна.

 

Счастья Вам, Ирина, и творческих удач!

У Н.Заболоцкого, как известно, есть строфа: Любите живопись, поэты! /Лишь ей единственной дано / Души изменчивой приметы / Переносить на полотно. А вот строки  Людмилы Шестаковой-Кудрявцевой о художнике:

 

                                               Ты рисуй этот розовый сумрак,

                                               Эту вечность, простор и покой,

                                               Эту скорбь окончания суток

                                               Обессмерть же своею рукой!

 

Перепев? Ничего подобного – своё, родное, кровное! Ай, да Людмила!

О стихах Николая Осипова, Виктора Осипова, Нины Галкиной, Александра Ширяева, Анатолия Остапишина, Светланы Салаховой, Сергея Куликова, Николая Панкратова, Юрия Серова, Марины Маховой, Александра Даулетбаева, Ларисы Гоголевой, Леонида Шувалова, Николая Маковеева и других авторов, вошедших и не попавших в этот сборник, поговорим в следующий раз.

Альманах-то не последний!

Без оглядки на «мненье критиков суровых» (Саша Чёрный), осмелюсь сказать: в Ярославской области есть тутаевская литература. Знаю, что могут на этот счёт сказать «людоведы и душелюбы», но, поверьте, мне есть, с чем сравнивать. В Большом Селе пишут так, в Гаврилов-Яме – этак, а в Некрасовском совсем по-другому. Везде какой-то свой, особый, определённый, свойственный только этому «уголку России» колорит, свет, цвет, манера письма, стиль и форма подачи материала. Может, ошибаюсь. Но в Тутаеве, к тому же, мне кажется, пишущих уже сейчас едва ли не больше, чем читающих. Ещё пару лет назад готов был над этим иронизировать и даже осуждать. Но пусть уж лучше «мысль тянется к перу, перо к бумаге», чем к стакану или топору. И не стоит над этим потешаться и ёрничать свысока.

Вряд ли меня можно заподозрить в любви к властям предержащим, но то, что тутаевская литература развивается - несомненная заслуга руководителей городской  администрации. Берегут и уважают в Тутаеве художников слова. А то, что в древнем и красивейшем граде России нет до сей поры профессионального литератора, то есть члена Союза писателей, так это поправимо.

Отрадно, что в «город родной по-над Волгой синей» (Г.Литвинова) всё внимательней и глубже всматриваются молодые литераторы, в частности школьники, рождая порой весьма зрелые произведения. Потому, наверное, что их учителя пишут стихи и прозу. Я говорю о тутаевских педагогах Наталье Ботовой и Инне Варенцовой.

Удачи всем!

                                                                               Евгений ГУСЕВ,

                                                                               член Союза писателей России